Сообщения пресс-службы

Комментарий МИД России по сирийскому «химическому досье»

26 Май, 2017

23 мая в СБ ООН состоялось очередное обсуждение положения дел с так называемым сирийским «химическим досье». Западная «тройка» постоянных членов Совета стремилась придать мероприятию выраженное антиасадовское и антироссийское звучание.

Вновь подтвердилось, что этих «обличителей» Дамаска не интересует установление истины в важнейшем вопросе, кто на самом деле стоит за возможным применением зарина 4 апреля с.г. в сирийской провинции Идлиб. Представители СШАВеликобритании и Франции отчаянно противодействуют попыткам разобраться, насколько обоснован «заочно» вынесенный ими вердикт о якобы неоспоримой виновности правительства Б.Асада в этой химатаке в н.п. Хан-Шейхун.

Складывается неприглядная картина. По прошествии почти двух месяцев с момента химинцидента никто, похоже, не торопится выезжать в Хан-Шейхун для проверки всех обстоятельств столь резонансного дела. Более того, западники исключают даже саму возможность посещения авиабазы «Шайрат», где по их же утверждениям, якобы хранился использованный в Хан-Шейхуне зарин.

К сожалению, не проявляет в этом плане активности Миссия ОЗХО по установлению фактов применения химоружия (МУФС), из раза в раз откладывающая поездку в Хан-Шейхун со ссылкой на неблагоприятные условия в сфере безопасности. А руководство Совместного механизма ОЗХО-ООН по расследованию случаев применения химического оружия в Сирии (СМР) еще только имеет в виду разработать план следственных действий, в котором будет определено, какие места следует посетить, кого опросить и какие документы затребовать.

Российская позиция в связи с происходящим хорошо известна и предельно ясна: расследование инцидента должно вестись самым тщательным образом, строго в рамках утвержденных СБ ООН и ОЗХО мандатов СМР и МУФС, с использованием всех предусмотренных в соответствующих резолюциях Совета Безопасности и Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО) следственных действий, методов и правил. Обязательным является посещение и Хан-Шейхуна, и «Шайрата», т.е. как места совершения варварского деяния, так и объекта, который якобы имеет к этому непосредственное отношение. Категорически неприемлема сложившаяся в деятельности СМР и МУФС порочная практика, когда расследования ведутся дистанционно, базируются на показаниях сомнительных свидетелей, а иногда и «подставных пострадавших». Широко задействуются ресурсы давно скомпрометировавших себя НПО, имеющих налаженные связи с боевиками и террористическими структурами. Это не просто имитация работы – мы имеем дело с сознательной, преднамеренной фальсификацией, преследующей четко выраженные политические цели.

Вновь обращаемся к западным коллегам, бравирующим своими квазидоказательствами, с призывом ответить на ряд конкретных вопросов. В частности, соблюдалась ли при отборе биомедицинских и иных проб основополагающая для КЗХО процедура последовательности действий при  обеспечении сохранности вещественных доказательств («chain of custody»)? Не пора ли прекратить выстраивать далеко идущие обвинительные выводы на основе незатейливо cрежиссированных, постановочных видеоматериалов и иной недостоверной информации, которой непримиримая сирийская оппозиция и ее зарубежные покровители в изобилии снабжают СМР и МУФС?

Возвращаясь к теме посещения «Шайрата», напоминаем, что Дамаск еще в начале апреля предоставил официальные гарантии безопасного доступа туда для специалистов МУФС. Более того, правительство Сирии потребовало, чтобы такой визит был организован безотлагательно, подтвердив тем самым готовность выполнить свои обязательства, вытекающие из п.12 мандата (круга ведения) МУФС и положений п.15 Части XI Приложения к КЗХО по проверке. Там прямо говорится, что «инспекционная группа (ОЗХО) имеет право доступа к любым и всяким районам, которые могли быть затронуты предполагаемым применением химического оружия». Таким образом, все предпосылки для организации посещения с точки зрения требований безопасности и выполнения обязательств в рамках Конвенции созданы. С этим резко контрастирует пассивность СМР и отстраненная позиция руководства ОЗХО, полагающего, что посещение авиабазы не входит в компетенцию МУФС.

Мы же настаиваем, чтобы наряду с МУФС к расследованию ситуации на авиабазе «Шайрат» подключился и СМР. Напоминаем, что в п.6 постановляющей части резолюции СБ ООН 2319 этому Совместному механизму прямо предписано предлагать ОЗХО свои услуги. В резолюции СБ ООН 2235, которой, собственно, и был учрежден механизм, содержатся пункты 3 и 4, где зафиксировано требование установить, кто несет ответственность за накопление и хранение химического оружия. Кроме того, в пункте 7 этой резолюции четко сказано о необходимости предоставления полного доступа во все пункты, имеющие отношение к расследованию. Так почему же данное положение откровенно игнорируется нашими оппонентами?

Не только мы, но и целый ряд других стран считает необходимым посещение «Шайрата», «исходя из известных на настоящий момент фактов и обстоятельств» (п.7 резолюции СБ ООН 2235).

Требуем от руководства СМР и Технического секретариата ОЗХО предпринять неотложные меры для исправления сложившейся ситуации, безотлагательно направить в Хан-Шейхун и на «Шайрат» своих специалистов, обеспечить всестороннее и беспристрастное изучение всех обстоятельств этого дела и предпринять другие предписанные их мандатами действия с целью «…выявления в максимально возможной степени лиц, организаций, групп или правительств, которые применяли химические вещества, включая хлор или любое другое химическое отравляющее вещество, в качестве оружия в Сирийской Арабской Республике, были организаторами или спонсорами их применения либо же каким-либо иным образом были причастны к их применению…» (п.5 резолюции СБ ООН 2235).

Дальнейшее уклонение от полноценного расследования поставит под вопрос дееспособность СМР и МУФС и, соответственно, целесообразность их дальнейшего существования.

  • Новости -Казахстан